Куба: криптовалюты как спасение от санкций и блэкаутов

криптовалюты Куба Лонгриды Регулирование 03.06.2026

Вот перефразированная новость на русском языке:

На Кубе нет масштабных биткоин-транзакций, но страна становится ярким примером использования криптовалют в условиях санкций и ограниченного доступа к международным платежам. В результате часть операций уходит в P2P-сети и мессенджеры, формируя элементы постбанковской экономики.

ForkLog разобрался, как остров с населением более 10 миллионов человек выживает в условиях финансовой изоляции и почему власти начали легализацию криптовалют для внешней торговли.

Остров во тьме

Вечером 4 марта большая часть западной Кубы осталась без света. Сначала аварийно отключилась ключевая теплоэлектростанция «Антонио Гитерас» в 100 км от Гаваны, а затем перебои распространились по всей сети. Восстановление заняло 16 часов.

Министерство энергетики связало отключение с нефтяной блокадой Кубы со стороны США.

Вскоре после задержания президента Венесуэлы Николаса Мадуро 3 января администрация Дональда Трампа объявила Кубу «необычайной и чрезвычайной угрозой» нацбезопасности США, обвинив правительство в связях с враждебными странами и террористическими группами.

Вашингтон ужесточил санкции против венесуэльской нефтяной отрасли и пригрозил пошлинами странам, поставляющим топливо на Кубу. Это сократило региональные поставки, включая экспорт из Мексики.

Кубе требуется около 110 000 баррелей топлива в сутки, но собственная добыча не превышает 40 000. К тому же страна полностью исчерпала запасы дизеля и мазута, а генерирующие мощности физически изношены из-за отсутствия запчастей.

В последующие недели сеть снова обрушивалась, что привело к полному коллапсу энергосистемы. К маю отключения стали ежедневными, достигая 18–24 часов в сутки. На конец мая доступная мощность составляет 1175 МВт при спросе в 2713 МВт.

Помимо социальных проблем (сбои в водоснабжении и холодильной цепи), блэкауты ударили по финансовой инфраструктуре: выходят из строя банкоматы, терминалы оплаты и цифровые сервисы. Это сместило фокус на неформальные каналы и криптовалюты, хотя цифровые активы проникли в повседневную жизнь Кубы задолго до коллапса из-за хронических экономических ограничений.

Финансовая архитектура

*Военный конгломерат*

Ключевую роль в экономике играет созданный Раулем Кастро в 1995 году конгломерат GAESA, управляемый вооруженными силами. Изначально он должен был укрепить оборонный сектор, но превратился в коммерческую империю.

По оценкам, GAESA контролирует от 40% до 70% экономики и 95% финансовой системы, включая один из крупнейших банков. Его структуры охватывают гостиницы, розничную торговлю, порты, валютные операции и импорт. На конгломерат приходится около 34% совокупного экспорта Кубы.

Расследование NY Times показало, что GAESA функционирует как закрытая корпорация с минимальной прозрачностью, при этом ее деятельность почти полностью контролируется государством.

Правительство США предполагает, что доходы сети более чем в три раза превышают госбюджет, и она может контролировать незаконные активы на сумму до $20 млрд. Посольство Кубы в Великобритании опровергло эти данные, заявив, что журналисты перепутали валюты и завысили сумму в 24 раза, не учтя конвертацию в песо по официальному курсу (1:24). Они назвали это «элементарным бухгалтерским учетом» и «политическим предлогом для ужесточения незаконных санкций».

*Беды с банками*

После валютной реформы 2021 года кубинское правительство еще больше централизовало доступ к долларовой ликвидности. Власти отказались от двух валют и расширили использование MLC — специальной «свободно конвертируемой» единицы, привязанной к доллару.

Государственные магазины с дефицитными товарами перешли на расчеты через MLC-карты, а доступ к импорту стал зависеть от валюты или переводов из-за границы. Внутри страны сформировалась параллельная долларовая система.

Кризис ускорился весной 2025 года, когда Куба фактически ввела негласный банковский мораторий: власти ограничили возможность иностранных компаний выводить долларовые депозиты из госбанков. Одновременно курс песо на неофициальном рынке обвалился до примерно 510 CUP за доллар, а ВВП за последние пять лет сократился примерно на 11%.

На фоне концентрации финансового контроля любые внешние ограничения, включая санкции США против структур GAESA, усиливают давление на международные банковские каналы и сокращают возможности для классических трансграничных расчетов. По состоянию на ноябрь 2025 года 93% денежных переводов на Кубе проходили через неофициальные сети.

В эту схему встроились и криптовалюты. Кубинские предприниматели используют их для расчетов с иностранными поставщиками, оплаты импорта и доступа к долларовой ликвидности вне традиционной системы. Для части населения криптовалюты стали альтернативным инструментом: с их помощью получают переводы от родственников, хранят сбережения и обходят банковские ограничения.

Проверить, используют ли криптовалюты представители политической элиты, практически невозможно из-за отсутствия системы публичного декларирования активов и непрозрачности финансовых потоков государства и армии.

Регулирование и реальный рынок

Формально криптовалюты на Кубе не запрещены. В 2021 году центробанк признал возможность использования виртуальных активов для «социально-экономических целей». Постановление определило их как цифровое представление стоимости для платежей или инвестиций.

К 2022 году правительство начало выдавать поставщикам криптоуслуг лицензии на год с возможностью продления. Их особенность — обязательная оценка экономической и социальной значимости бизнеса для государства.

Услуги обмена, переводов и хранения возможны только с одобренными активами. За нарушения предусмотрены штрафы до 50 000 CUP (около $2080) для физлиц и до 5 млн CUP (около $208 300) для юрлиц.

Единственным известным обладателем лицензии является зарегистрированная в Литве компания EBIORO UAB, основанная в 2019 году кубинским эмигрантом.

Несмотря на первые шаги в регулировании, рынок продолжил развиваться в серой зоне. Его центром стали Telegram-каналы, WhatsApp-группы и локальные P2P-платформы, такие как QvaPay и Heavenex.

Курс криптовалют на Кубе формируется на основе реальных сделок между пользователями и зависит от глобальной конъюнктуры и локальных факторов — дефицита валюты, санкций и высокого спроса на долларовую ликвидность. Участники рынка ориентируются на объявления о покупке и продаже, а также на стоимость наличного доллара и MLC.

На локальных P2P-платформах курс обычно более сбалансирован благодаря участию кубинской диаспоры и внешних переводов. В Telegram- и WhatsApp-сообществах он часто менее выгоден для покупателей из-за премии посредников за скорость и доступ к ликвид